Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.

Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.



СІМЕЙНІ ЛІКАРІ ТА ТЕРАПЕВТИ

НЕВРОЛОГИ, НЕЙРОХІРУРГИ, ЛІКАРІ ЗАГАЛЬНОЇ ПРАКТИКИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ

КАРДІОЛОГИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ, РЕВМАТОЛОГИ, НЕВРОЛОГИ, ЕНДОКРИНОЛОГИ

СТОМАТОЛОГИ

ІНФЕКЦІОНІСТИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ, ПЕДІАТРИ, ГАСТРОЕНТЕРОЛОГИ, ГЕПАТОЛОГИ

ТРАВМАТОЛОГИ

ОНКОЛОГИ, (ОНКО-ГЕМАТОЛОГИ, ХІМІОТЕРАПЕВТИ, МАМОЛОГИ, ОНКО-ХІРУРГИ)

ЕНДОКРИНОЛОГИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ, ПЕДІАТРИ, КАРДІОЛОГИ ТА ІНШІ СПЕЦІАЛІСТИ

ПЕДІАТРИ ТА СІМЕЙНІ ЛІКАРІ

АНЕСТЕЗІОЛОГИ, ХІРУРГИ

"News of medicine and pharmacy" 15 (595) 2016

Back to issue

Этюды истории классической неврологии

Authors: Сиделковский Алексей Леонович
директор клиники современной неврологии «Аксимед», кандидат медицинских наук, врач-невролог высшей категории
Догузов Василий Дмитриевич
заведующий научно-методическим отделом Национального музея медицины Украины МЗ Украины, координатор EAMHMS по Центральной и Восточной Европе

Sections: Нistory of medicine

print version

Статья опубликована на с. 22-27 (Мир)

 

Предисловие

Авторы монографии «Этюды истории классической неврологии» Сиделковский А.Л.— директор клиники современной неврологии «Аксимед» и Догузов В.Д.— заведующий научно-методическим отделом Национального музея медицины Украины решили приоткрыть занавес уникальной книги, посвященной истории молодой науки с древними корнями — неврологии. Данное издание позволяет проследить основные ветви развития этой отрасли медицины, преемственность и взаимопроникновение научных школ и направлений.
Биографические и исторические эссе в сочетании с уникальным иллюстративным материалом и нередко малоизвестными историческими фактами позволяют читателю заглянуть в увлекательную историю изучения нервной системы.
Сальпетриер
В истории каждого направления человеческого знания можно выделить научные центры, деятельность которых была определяющей как для своей эпохи, так и для последующего движения научной мысли. С достижениями ученых таких центров сверяют часы современники, своей принадлежностью к древу сформировавшихся в них научных школ по праву гордятся потомки.
Для истории неврологии одним из таких центров является парижская больница Сальпетриер с ее богатой историей и, без преувеличения, звездной научной когортой. Созданная в середине XVII века по указу знаменитого французского «короля-солнце» Людовика XIV на месте селитряных складов и пороховой фабрики, она пережила немало драматических моментов. Задуманная как больница для бедных, более века она прослужила еще и в качестве тюрьмы для женщин, обвиненных в торговле телом либо адюльтере. Во время Французской революции стены Сальпетриер не смогли защитить своих обитателей — около 40 женщин, преимущественно страдавших от психических расстройств, были убиты разъяренной толпой в ходе Сентябрьской резни 1792 года.
Через несколько лет после этого больница официально становится местом содержания душевнобольных. Именно здесь трудился доктор Филипп Пинель, произведший настоящую революцию в отношении к таким пациентам. С 1795 года и до самой смерти он был главным врачом Сальпетриер. Начав еще с лечебницы Бисетр, Пинель и здесь распорядился освободить душевнобольных от цепей, в которых они подчас пребывали десятки лет, а также от постоянного пребывания взаперти. Гуманное обращение позволило добиться улучшения состояния психического здоровья многих больных и даже вернуть их в общество. В XIX веке Сальпетриер было суждено стать знаковым местом не только для психиатрии, но и для неврологии.
Причем это уже было как лечебное, так и научное учреждение, а также место преподавания этой еще молодой, но уже самостоятельной отрасли медицины.
Фульганс Раймон (1844–1910)
Успешно начав свою карьеру в качестве ветеринарного врача, Фульганс Раймон затем перешел к изучению физиологии и патологии человека под руководством известного французского физиолога и клинициста Альфреда Вульпиана. Пройдя все ступени — экстерна, интерна и доктора медицины, наконец, руководителя клиники, в 1880‑м году Раймон стал адъюнкт-профессором. В 1894 ученый занял кафедру неврологии в Сальпетриер, сменив на этом посту Жана-Мартена Шарко. Вклад Раймона в развитие кафедры был весьма ценен — он сочетал в себе таланты лектора, руководителя и ученого. Больше всего ученого интересовали вопросы гемианестезии, невралгии при диабете, патологии caudae equinae, патологическая анатомия нервной системы и многие другие вопросы. В 1888 Раймон представил доклад о заболеваниях нервной системы в Российской империи. Заслуживают также внимания работы ученого по туберкулезу, психиатрии и терапии. Официальной датой описания альтернирующего синдрома, известного как синдром Раймона (Раймона — Сестана), считается 1903 год, хотя к этому моменту авторы выпустили уже несколько публикаций по данной проблеме.
На родине невролога, в маленьком местечке Сен-Кристоф-сюр-ле-Не, был установлен монумент в честь знаменитого уроженца этих мест.
В I томе собрания своих лекций Фульганс Раймонд одним из первых уделил внимание изложению истории клинической неврологии ХІХ века, разделив ее на 4 периода, соответствовавших этапным изменениям взглядов на строение и функционирование нервной системы, а также открытиям — вехам в патологии нервной системы.
Дезир-Маглуар Бурневиль (1840–1909)
В первую очередь с именем Бурневиля обычно связывают успешную реформу в обучении и содержании умственно отсталых детей и молодых людей в парижской больнице Бисетр, где он с 1880 года заведовал так называемым «Убежищем для слабоумных». Неравнодушие и талант педагога позволили ему добиться значительных улучшений как в условиях содержания практически отверженных доселе обществом пациентов, так и в плане привития им необходимых для дальнейшей самостоятельной жизни навыков. За эти заслуги ученого называют одним из основателей всей современной дефектологии и детской неврологии.
Болезнь Бурневиля, или туберозный склероз, была описана им в 1880 году по результатам вскрытия тела одной из пациенток. Известны и другие его работы, в частности о связи микседемы с отсутствием щитовидной железы и кретинизмом, об истерии, эпилепсии, идиотии.
В истории неврологии Бурневиль остался также как один из близких учеников и соратников Жана-Мартена Шарко, его многолетний неофициальный ассистент в Сальпетриер, редактор печатной версии лекций учителя. Был основателем таких журналов, пропагандировавших идеи школы Шарко, как «Progres medical» и «Archives de Neurologie», фотоархива парижских больниц, редактором «Международного архива неврологии».
В дни Парижской коммуны 1871 года Бурневиль бесстрашно вступился за раненых противников коммунаров, казни которых требовали радикальные революционеры, и спас их от неминуемой расправы. Кроме того, он проявил себя как активный политик, депутат парижского городского совета и парламента Франции, где он продвигал идеи реформ в медицине.
Эдуард Бриссо (1852–1909)
Воспитанник научной школы Сальпетриер, Эдуард Бриссо известен своим вкладом в разработку сразу нескольких направлений в медицине. Среди них — изучение двигательных нарушений, гипофизарной карликовости, психосоматики, истерии, изменений мышечного тонуса при гемиплегиях и различных формах хореи.
После окончания интернатуры он сначала некоторое время работал препаратором в патологоанатомической лаборатории своего главного учителя, Ж.М. Шарко. Затем, поработав около двух лет в качестве врача Центрального медицинского бюро, Бриссо начинает самостоятельную карьеру преподавателя. Он вел курсы таких дисциплин, как неврология, патологическая анатомия, внутренняя медицина и история медицины. Его лекции отличались живостью и богатым языком, знанием фольклора и неформальным подходом. Интерес к анатомии, появившийся еще на ранних этапах карьеры, Бриссо сохранил и в дальнейшем, что проявилось в подготовке руководства по анатомии головного мозга, иллюстрации к которому были сделаны самим автором.
В последние годы жизни Ж.М. Шарко оставил его своим представителем в клинике Сальпетриер. После смерти учителя Бриссо около двух лет выступал в качестве преемника Шарко на посту главы клиники. Доверие к ученику ярко выражено и в одном из писем, где содержится просьба взять под опеку в качестве интерна сына, Жана-Батиста Шарко. Начиная с 1893 года Бриссо совместно с Пьером Мари работал редактором журнала «Обозрение неврологии», на создание которого обоих своих учеников также вдохновил Ж.М. Шарко. Плодотворная деятельность Бриссо под началом Шарко продолжалась около двадцати лет. Причем старший коллега не только направлял и поддерживал своего воспитанника в науке, но и высоко ценил его, советуясь при рассмотрении различных научных проблем, приглашал к работе над совместными изданиями. Одним из показателей большого вклада Бриссо в развитие неврологии являются вошедшие в терминологию многие эпонимы, среди которых рефлекс Бриссо, синдромы Бриссо — Мари, Бриссо — Сикара и болезнь Бриссо. Сам ученый описал эту болезнь под названием «микседематозный инфантилизм». Также он впервые предложил идею, что дрожательный паралич является следствием поражения черного вещества мозга (1896).
В дни Парижской коммуны 1871 года Бурневиль бесстрашно вступился за раненых противников коммунаров, казни которых требовали радикальные революционеры, и спас их от неминуемой расправы. Кроме того, он проявил себя как активный политик, депутат парижского городского совета и парламента Франции, где он продвигал идеи реформ в медицине.
Жорж Шарль Гийен (1876–1961)
Родным городом Жоржа Гийена был Руан, где он появился на свет в семье инженера и дочери богатого фабриканта. Два года после окончания школы он изучал медицину на родине, затем переехал в Париж. Здесь прошел обучение в нескольких госпиталях, пока, наконец, не выбрал неврологию как специальность для дальнейшей карьеры. Руководителем интернатуры молодого врача стал Фульганс Раймон, а темой первого научного исследования — поражения плечевого сплетения. Также его учителями были знаменитые профессора Пьер Мари и Луи Ландузи. Докторскую степень Гийен получил в 1902 году. Некоторое время он стажировался в ведущих университетах Соединенных Штатов Америки, а по возвращении получил должность шефа клиники в приюте Сент-Анн.
В 1916 году Гийен и Барре наблюдали в Амьене двух солдат со сходными симптомами: прогрессирующей слабостью, осложняющей самостоятельное передвижение, покалыванием, постепенно распространившимся и на верхние конечности, а также нижнюю часть лица. Тщательно обследовав пациентов и дав публикацию об этих случаях, ученые получили позитивные отклики от коллег, также сталкивавшихся с подобными состояниями. Уже через несколько лет Гийен называл этот синдром в публикациях «наш синдром», но лишь с 1943 в литературе закрепился термин «синдром Гийена — Барре». Лишь в редких случаях упоминается фамилия их третьего коллеги, Штроля, который также участвовал в диагностике и в первоначальном описании синдрома. Не вошло в классическое наименование также имя Октава Ландри, еще в 1859 году описавшего схожее состояние под названием «восходящий паралич».
В 1923 году Жорж Шарль Гийен возглавил кафедру неврологии в Сальпетриер, сменив на этом посту Пьера Мари. Ученым было сделано еще много открытий: описан гипоталамический синдром, множественный склероз, синдром Гийена — Таона. Перу Гийена принадлежит и классическая биография Жана-Мартена Шарко. В 1949 за выдающийся вклад в науку и практическую медицину Жорж Шарль Гийен стал командором ордена Почетного легиона.
Шарль Фуа (1882–1927)
Ученик Пьера Мари, Шарль Фуа считается одним из первых неврологов, начавших детально разрабатывать проблематику инсультов. Выходец из южной Франции и сын врача, он почти всю свою жизнь в науке связал с Парижем, успев поработать в таких известных госпитальных центрах, как Отель-Дье, Неккер, Бисетр и, наконец, Сальпетриер. Еще пребывая в интернатуре, Фуа удостоился золотой медали за свои успехи. По окончании Первой мировой, на фронтах которой молодому врачу также довелось побывать, он возвращается в Париж и за достаточно короткое время проходит путь от госпитального врача до адъюнкт-профессора факультета, защитив диссертацию.
Внимание исследователя привлекали такие вопросы, как гемолиз и активация лейкоцитов, моторные расстройства и нарушения рефлексов, гемиплегии, нарушения тонуса и контрактуры. В Сальпетриер он работал в клинике Жоржа Шарля Гийена, в соавторстве с франко-румынским ученым Ионом Николеску опубликовал книгу об анатомии и кровоснабжении среднего и промежуточного мозга. Важным направлением деятельности и достижений ученого был поиск связи между тромбозами определенных артерий, обнаруженными в ходе вскрытий тел умерших пациентов, и той симптоматикой, которая у них наблюдалась ранее.
Неординарному неврологу и гуманисту было всего сорок пять лет, когда он скоропостижно скончался после операции. Как считают биографы, к трагическому финалу привел разрыв воспаленного аппендикса и стремительно развившийся перитонит.
Тем не менее именно проведенные в последние годы жизни передовые исследования и публикации Шарля Фуа обогатили медицину важными сведениями, и, как дань заслугам ученого, в неврологию вошли новые эпонимические термины: cиндромы Фуа — I и II, красного ядра верхний (Фуа), Фуа — Алажуанина, Шильдера — Фуа, симптом и феномен Фуа — Тевенара, а также рефлексы Мари-Фуа и многие другие.
Парижский университет Сорбонна
За восемь веков своего существования это учебное заведение снискало себе заслуженную славу одного из лучших университетов мира. Свое имя оно носит в честь Робера де Сорбона, духовного отца французского короля-крестоносца Людовика IX Святого. Основанный еще в 1215 году в результате объединения ряда церковных коллежей, университет претерпел множество реформ и трансформаций. Наряду с факультетами богословия, канонического права и свободных искусств одним из старейших является медицинский факультет.
Студентами Парижского университета в свое время были такие столпы философии, науки и теологии, как Фома Аквинский, Роджер Бэкон и Уильям Оккам. В Новое время в Сорбонне работали Луи Пастер и супруги Кюри, чей вклад в научную революцию трудно переоценить.
Свою роль в развитии университета сыграл знаменитый кардинал Ришелье, не оставлявший без внимания столь важный центр не только богословия и научной мысли, но и опасного для церкви свободомыслия и материализма. Французская революция привела к национализации зданий Сорбонны и кардинальным изменениям. В начале XIX века Наполеон своим декретом создал так называемый Университет Франции, или Императорский университет, в значительной степени отличный по организации от исторической Сорбонны. К медицинскому факультету была присоединена ранее самостоятельная хирургическая школа.
В конце XIX века из перечня направлений была убрана католическая теология, а отдельные факультеты получили большую самостоятельность. После студенческих волнений 1960‑х годов и вовсе произошла коренная реформа — Парижский университет был разделен на 13 отдельных университетов. На основе его бывшего медицинского факультета был создан Университет Париж — V, или Университет Париж — Декарт, выпускающий врачей, фармацевтов, правоведов, психологов и ряд других специалистов медико-биологического профиля.
Поль Брока (1824–1880)
Мировую известность Поль Брока приобрел в первую очередь как выдающийся антрополог, разработавший множество антропометрических методик и целый ряд инструментов для антропометрии (циркули особой конструкции, гониометр и другие). Он также основатель Парижского антропологического общества (1859) и Ассоциации для продвижения наук. Более того, в энциклопедических изданиях его нередко характеризуют как основателя современной антропологии.
Для истории медицины и неврологии он также интересен как практикующий врач, профессор хирургии в Парижском университете, автор работ по краниологии, соавтор атласов по анатомии (с детальным описанием мозга человека и приматов), трудов об аневризмах и их лечении. Сложно переоценить наблюдательность ученого, который отметил связь между расстройствами речи при гемиплегии и моторной афазией в случае поражения лобных извилин левого полушария и дал ряд детальных описаний подобных случаев в своей практике. В результате, кроме скульптурных памятников, об ученом напоминают такие термины, как «афазия Брока» и «центр Брока» (или же центр речи Брока). Одним из первых, еще в 1868 году, ученый указал на связь между наличием посттравматического рубца и травматической эпилепсией.
Одна из наиболее известных, хотя и весьма упрощенных формул расчета оптимального веса человека (рост в сантиметрах минус 100 желательно должен быть равен весу в килограммах) носит имя антрополога — формула Брока.
Проспер Меньер (1799–1862)
Сложно не согласиться с мнением, что в науке важна не только наблюдательность, но и умение сопоставить наблюдаемые факты, увидеть взаимосвязь и сделать правильные выводы. Хорошим примером сочетания всех этих важных для ученого способностей является фигура французского врача Проспера Меньера.
Рожденный в живописном старинном городе Анже, Проспер был сыном зажиточного торговца. Юноша получил прекрасное классическое образование: после лицея он изучал медицину на подготовительном отделении университета Анже, затем продолжил совершенствоваться в Париже, в знаменитой больнице Отель-Дье де Пари, являющейся клиникой Парижского университета. Практически вся его учеба была увенчана призами и медалями за успехи. Докторская степень была получена в 1828 году, что открыло дорогу к почетной должности клинического ассистента самого Гийома Дюпюитрена, великого хирурга и руководителя Отель-Дье.
Большой практический опыт был приобретен Меньером в ходе лечения множества раненых во время революции 1830 года. Ему даже доверили осмотр находившейся в тюрьме Каролины Луизы, герцогини Беррийской, снохи свергнутого короля Карла Х. Спустя два года Меньер становится уже руководителем экзаменационной комиссии и доцентом (профессором-агреже) Парижского университета. Ему посчастливилось работать в качестве руководителя клинической практики у Франсуа Шомеля, именитого терапевта и патолога, энтузиаста аускультации и лабораторных диагностических исследований.
Большое общественное признание и звание кавалера Почетного легиона Меньеру принесли его заслуги по ликвидации эпидемии холеры. Но все же основные успехи Проспера Меньера, сохранившие его имя в истории науки, связаны с его работой в области отологии.
Став директором Парижского института глухонемых, он не только занялся проблемами слуха и речи, но и вестибулярными расстройствами. В 1861 году Меньером были описаны приступообразные явления головокружения. Его утверждение, что внутреннее ухо ответственно за равновесие, было крайне негативно встречено на докладе в Императорской медицинской академии. Тем не менее такой вывод базировался на личном наблюдении доктором пациентов, у которых потеря слуха сочеталась с головокружением и шумом в ушах.
Подтверждали правильность заключения и хирургические опыты на голубях, проведенные Пьером Флурансом и вызывавшие у птиц потерю равновесия после рассечения полукружных каналов. В то же время Меньером признавалось и существование головокружений центрального генеза.
Описанная ученым триада головокружения, потери слуха и шума в ушах спустя десятилетие после его смерти в 1862 году по инициативе Жана-Мартена Шарко стала называться болезнью Меньера.


Back to issue